В Москве с сумасшедшим успехом прошли два концерта Молодежного оркестра Венесуэлы имени Симона Боливара под управлением молодого, но уже всемирно известного дирижера Густаво Дудамеля. Столичная публика принимала венесуэльских музыкантов так горячо, будто сама взросла под ярким латиноамериканским солнцем. И на то были причины: вместе со звуками музыки на слушателей выплеснулись искренность чувств и правдивость мысли.

Сто девяносто оркестрантов в оркестре Симона Боливара — притом что традиционный европейский большой симфонический оркестр насчитывает 100, максимум 120 человек. Ничего себе саунд! Этот состав сохраняется не только в исполнении сочинений современных латиноамериканских композиторов — венесуэльца Карреньо и аргентинца Хинастеры, — но и в нашей, родной Четвертой симфонии Чайковского!


Звучание неожиданное. Сравнивать его с общепринятой “нормой” бессмысленно: динамические и темповые контрасты весьма непривычны, но безоговорочно оправданы искренней убежденностью маэстро Дудамеля и всех его “подопечных” (самому старшему — 26 лет) в том, как, что и почему они играют. Вдохновенность — вот ключевое слово для описания манеры игры этого уникального коллектива. Тем более что наше восприятие не может игнорировать его невероятную, особенно для людей, помещенных в жестокие условия сегодняшнего российского общества, социальную коннотацию.


Дело в том, что оркестр Симона Боливара — часть и своего рода визитная карточка грандиозной Венесуэльской национальной системы (FESNOJIV), родившейся около 40 лет назад. Ее создатель Хосе Антониу Абреу, замечательный музыкант и педагог, когда-то на автомобильной парковке собрал одиннадцать оборванных ребятишек и начал заниматься с ними музыкой. На следующий день к ним присоединилось еще два десятка. Затем — еще… Сегодня в системе молодежных, детских и дошкольных оркестров Венесуэлы — 300 000 детей и подростков. Цель, которую поставил перед собой Хосе Антониу Абреу, ныне академик, лауреат всевозможных культурных и гуманитарных премий, — не просто научить детей музыке, но спасти их от голода, нищеты, наркомании, проституции. Хосе Антониу Абреу присутствовал в зале — публика приветствовала его стоя.


Маэстро Густаво Дудамель, которому нет еще тридцати лет, — один из первых учеников Абреу. Он встал за пульт в 14 лет. Дирижирует лучшими оркестрами мира. Отмечен премиями, признан великими коллегами. И даже в 2009 году вошел в сотню самых влиятельных людей мира по версии журнала TIME. Обучение по системе FESNOJIV начинается с двух лет, когда ребятишкам (в основном это дети из многодетных, бедных, неблагополучных семей, часто — просто беспризорники) выдают картонные скрипочки, виолончели, дудочки. Затем — лет с пяти — они начинают играть на настоящих инструментах. Естественно, покупка их, как, впрочем, и все функционирование системы, осуществляется за государственный счет. Впрочем, естественно это для Венесуэлы. Для нас — это бомба. Прекрасная бомба, которая подарила московским меломанам радость встречи с правдой и настоящей музыкой.


Екатерина КРЕТОВА.


…А еще за 20 минут до концерта Густаво так себе запросто гулял по Тверской, по дороге здороваясь с многочисленными своими же оркестрантами, иных из которых он, по сути, вынянчил:


— У нас в Венесуэле в каждом городке, даже самом малюсеньком, — по молодежному оркестру. Сотни детей, пять тысяч дирижеров!


— Как вы вообще можете управляться со столь большими оркестрами?


— Так на то и существует специально разработанная система. Этот, московский состав — еще что! В Венесуэле есть оркестры по 400 музыкантов. Вопрос ведь не в количестве музыкантов: их число обусловлено качеством получаемого звука.


— А вы их вообще запоминаете?


— Разумеется, и как может быть иначе, если всех знаю с детства, все мы выросли в этом оркестре, который был сформирован в начале 90-х, — ребята пришли по 11—16 лет. С тех пор и музицируем: это единая энергетика одной жизни. А есть так и просто ребята — им по 6 лет было, как я с ними стал заниматься… Что говорить: оркестра подобной судьбы более нет в мире.


— А вы — строгий дирижер? Сложно заставить молодежь думать только о музыке…


— Музыка — не работа, она — наша жизнь. Само желание делать музыку держит ребят в кулаке, это чувство идет изнутри, я-то их абсолютно не заставляю, люди сами себя организовывают. А репетиции идут постоянно. Дни напролет, постоянно.


— Мы счастливы, что вы теперь и в Москве: какой ажиотаж!


— Собственно, ехали к Гергиеву на фестиваль “Белые ночи”, но заодно уж решили и в Москву… Приехать сюда — было нашей мечтою. Скажу просто: Россия нас всегда вдохновляла. Мы благодарны вам за вашу музыку — за Чайковского, Шостаковича, Римского-Корсакова, Стравинского. На этой музыке я учу своих музыкантов. Чайковский — так и вообще эмблема, он главный, вот и выбрали для первого концерта — концерта, который только усилит дружбу между нашими странами. Теперь можно с уверенность сказать, что мы одна музыкальная семья. Тем более что есть потрясающая идея: создать на постоянной основе большой молодежный венесуэльско-русский оркестр числом под 300 человек!


Как позже скажет основоположник системы Абреу: “Детям из бедных слоев общества нужно давать только все самое лучшее — педагогов, инструменты, здания. Мы за это боремся, и Густаво Дудамель — главный человек в этой борьбе!”